Notice: Undefined offset: 1 in /home/bruslru/public_html/mod/article/index.php on line 418
Читать «Комик семнадцатого столетия» (Островский А.Н.) - 🕮 Брусл.ру

Островский А.Н. - Комик семнадцатого столетия

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

  
  ЛИЦА:
  
  Татьяна Макарьевна Перепечина, старая вдова из городового дворянства, золотная мастерица царицыной мастерской палаты.
  Наталья, ее дочь, такая же мастерица.
  Кирилл Панкратьич Кочетов, подьячий приказа Галицкой чети.
  Анисья Патрикевна, жена его.
  Яков, их сын, писец Посольского приказа.
  Василий Фалалеич Клушин, подьячий приказа царицыной мастерской палаты.
  Юрий Михайлов, режиссер в труппе Грегори, учитель Якова немецкому языку.
  

   Небольшая, чистая брусяная светличка, без печи, в доме Перепечиной, на Кисловке. В глубине дверь в чистые сенцы полурастворена В левом (от зрителей) углу светлицы, в виде чулана, отгорожена тесовою филенчатою перегородкой спаленка Натальи; дверь в нее сбоку, близ входной двери. По обе стороны окна: с той стороны, где спальня, — одно, а с другой — два. Под окнами широкие лавки с полавочниками и изголовьем. С правой (от зрителей) стороны, близ авансцены, у конца лавки, стол на точеных ножках; у стола скамьи. У перегородки, с лица, сундучок.
  ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

   Наталья накрывает стол браною скатертью и ставит, на оловянном блюде, пряники, коврижки и другие сласти того времени. Из сеней впопыхах вбегает Яков.

   Наталья
  Откуда ты? Не с цепи ли сорвался?

   Яков
  Наташа, спрячь меня!

   Наталья
  Да ты в уме ли,
  Сердечный друг? Куда я спрячу? Яков
  Кириллович, опомнись! Тотчас придут
  Сюда твои родители.

   Яков
  Гляди,
  Гляди в окно!

   Наталья
  Чего?

   Яков
  Погони нет ли?

   Наталья
  Придумывай еще! Кому-то нужно
  Погоню гнать! Беда твоя известна:
  Без времени сбежал с приказу — дело
  На ум нейдет, сегодня праздник. Завтра
  Придешь в приказ, присадят плотно, снимут
  Кафтан с тебя; не бойся, не повесят.


   (Отворяя дверь своей спальни.)

  Смотри сюда! Нарядно, хорошо?
  И пяльчики, и зеркальце, кроватка
  Тесовая и шитый положок.
  А лучше-то всего, что никому-то
  В уютный мой покой чик ходу нет.


   (Кладет руку на плечо Якова и смотрит ему в глаза.)

  Да здравствуй, что ль! Ах, глупый, и не видишь
  Со страха-то, что ты один с девицей!
  Стоит как пень; другой бы не зевал.
  Целуй, пока помехи нет! Эх, парень!


   (Целует его, убегает за перегородку и запирает дверь.)


   Яков

   (отшатнувшись, переводя дух)

  Огнем ожгла. Ну, девушка! Да что уж
  О девушках и думать, до того ли!
  Досталось мне одно на долю: выть.


   (Заслышав шаги, становится у самой притолоки.)

   Входят Кочетов, Анисья и Татьяна.
  ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

   Кочетов, Анисья, Татьяна и Яков.

   Татьяна
  Пожалуйте, в светелочку войдите, Прохладно в ней в полуденное время.

   Кочетов
  И Яков здесь.

   Яков

   (с низким поклоном)

  Со службы отпустили!

   Татьяна
  Да ел ли ты? Чай, голоден?

   Яков

   (кланяясь)

  Маленько
  Перехватил. Покорно благодарствуй!

   Татьяна
  Не полный стол, а что-нибудь найдется.

   Яков
  Сытехонек по горло.

   Татьяна
  Ну, как знаешь.
  Неволи нет, отказу и подавно.


   (Кочетову и Анисье.)

  Не осудить прошу на угощенье!
  Сиротское...

   Анисья
  Досыта угостила.
  Чего еще!

   Кочетов
  И сыты мы и пьяны
  Твоим добром сиротским.

   Татьяна
  Ну-ка, полно!
  С чего тебе хмелеть-то? Угощала
  Чем Бог послал.

   Анисья
  Ну, знать, не от вина,
  От твоего раденья захмелели.

   Кочетов
  Насилу встал от трапезы.

   Татьяна
  Присядь
  На лавочку, а подремать захочешь,
  Привалишься на изголовье.

   Кочетов
  Сяду,


   (Садится.)

  Не сглазить бы, счастливый ноне день.
  С утра еще я весел; к Артемону
  Сергеичу ходил я на поклон,
  Поздравствовать. Для радости великой
  Окольничим пожалован; Татьяна
  Макарьевна, велика честь. Другой бы
  С ума сошел, за облаки вознесся,
  А он так нет. Подьячим, мелкой сошке,
  По-прежнему благоволит; холопы
  Не гонят нас с боярского двора,
  И за порог к нему ступаешь смело.
  Не знаю, чем воздам ему за ласку
  И милости его. Суди сама,
  Не кто-нибудь — окольничий Матвеев
  Пожаловал, за службу похвалил
  В глазах других приказных, к окладному
  Пообещал придачу.

   Татьяна
  Ишь ты, право,
  Какая честь тебе.

   Кочетов
  Не все; послушай!
  Про Якова, пожаловал, спросил:
  Мол, учится ль он грамоте немецкой?
  И похвалил его, и молвил так:
  "Учился бы; не все бродить в потемках;
  Ученье свет. Робят разумных мало;
  А нужда в них. Отдай-ка ты парнишка
  В сынки ко мне!"

   Татьяна
  Да что ты?!

   Кочетов
  Право, так.

   Татьяна
  С руками б я...

   Кочетов
  А я не спохватился.
  Душонка-то холопская давно
  Радехонька, а лживый язычишко
  Упрямится, нескладное бормочет.
  Не справлюсь с ним никак.

   Анисья
  Грехи-то наши
  Великие.

   Кочетов
  Боярин рассмеялся
  На мой испуг: "Не бойся, говорит! —
  Для Якова найдется дело лучше
  Приказного письма. Дивиться будешь,
  Своим глазам не верить".

   Татьяна
  Что ж за дело
  Мудреное?

   Кочетов
  Не сказано про то,
  А спрашивать не смел.

   Татьяна
  Оно вестимо,
  Не сунешься, не свой брат.

   Кочетов
  Заикнися,
  Замажут рот как раз.

   Татьяна
  Да и замажут.

   Кочетов
  Поклоны бью земные да молчу.
  Махнул рукой боярин, значит: полно,
  Не смей, дескать, боярских глаз мозолить
  Поклонами холопскими; вставай!
  Последний раз отвесил, да и с Богом
  Бежать домой. От радости без шапки
  До Гребенской, никак, бежал.

   Татьяна
  Да диво ль!
  И думай вот, гадай по пальцам! Дал
  Заботу нам боярин.

   Кочетов
  Он сказал бы,
  Застал-то я накоротке; к царю
  На званый пир родильный снаряжался.

   Анисья
  Уж эта мне немецкая наука!
  Дождемся с ней беды. Живут же люди
  Без грамоты немецкой.

   Кочетов

   (Якову)

  Не слыхать ли,
  Не молвят ли чего у нас в Посольском,
  Какую вам, робятам, Артемон
  Сергеевич служить укажет службу,
  На диво всем?

   Яков
  Не знаю, государь
  Родитель мой, не чуть в приказе.

   Кочетов
  Много
  Заводится порядков новых?

   Яков
  Много.
  Царицына родня веселье любит:
  В своем дому окольничий Матвеев
  Заводится музыкой сладкогласной.
  И во дворце тому же быть, Фанстаден
  По трубачей поехал к иноземцам.

   Кочетов
  А по что их?

   Яков
  У прочих потентатов
  Ведется так давно, и не пригоже
  Дворцу стоять без музыки. Забавы
  Великие для матушки царицы
  Готовятся.

   Кочетов
  А нам-то что за дело!
  Ни мы хвалить, ни мы судить.

   Анисья
  Уж видно,
  Доходчивы мои молитвы: будешь
  В такой чести, чего не ожидаешь.

   Яков

   (кланяясь матери)

  Молись еще! Молитвами твоими
  Авось Господь избавит от напасти.

   Кочетов
  Чего же ты боишься?

   Яков
  Провиниться
  Перед тобой, родитель. Не гневись
  На глупое, робяческое слово!
  Навяжут мне невесть какую службу:
  По нраву ли придет тебе.

   Кочетов
  Не бойся.
  Учись, служи и делай, что укажут
  Одно блюди и помни: православным
  Родился ты; обычай иноземский
  Узнать не грех, перенимать грешно;
  А паче их забавы, в них же прелесть
  Бесовская сугубая.

   Яков
  Родитель,
  Не гневайся! Мизинные мы люди,
  Боярские приказы разбирать
  Не смеем мы; велят плясать, запляшешь.

   Кочетов
  Еще б ты смел ослушаться бояр!

   Яков
  А стать плясать, тебе не угодишь.

   Кочетов
  Еще б ты смел отцу не угодить!
  Служи царю, боярам покоряйся,
  Безропотно, беспрекословно, рабски,
  И чти отца да матерь!

   Яков кланяется в ноги.
  Вот, Татьяна
  Макарьевна, родительскому сердцу
  Не лестно ли такую зреть покорность
  Сыновнюю! Когда тебе взгрустнется,
  Иль пьян придешь домой, на что утешней
  Поклоны их земные! Заставляешь
  Поклоны бить и веселишься духом,
  Что как-де ты ни мал, ни приобижен
  От властных лиц, а детям, домочадцам
  В своем дому и ты-де государь.
  А что ж твоя красавица Наталья
  Не кажется гостям? Диви б чужие!
  А Якова стыдиться ей не след,
  С ребячества знакомы.

   Татьяна
  Все ж зазорно
  При людях-то. Видаются, поди,
  От матери тихонько; при народе
  Не вызовешь ее ни за что. Я звала,
  Невестится, нейдет.

   Кочетов
  А приказала б.

   Татьяна
  Само собой, коль прикажу, придет.


   (У двери спальни.)

  Поди сюда, Наталья!

   Входит Наталья, принаряженная, кланяется и останавливается, потупя глаза.
  ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

   Кочетов, Анисья, Татьяна, Яков и Наталья.

   Татьяна
  Хвастай, хвастай
  Сынком своим! Я дочкой похвалюсь.
  У матушки взращенное дитя,
  Лелеяно и нежено на воле!
  Бесстрашная росла, отцова гнева
  Не видела грозы великой; все же
  Нога моя захочет, и поклоны
  Дочерние увидит. Поклонися,
  Натальюшка, перед гостями земно
  И матушку потешь!

   Наталья
  Изволь, родная,
  Покланяюсь; бесчестья мне не будет,
  А только честь, что матушке своей
  И государыне живу покорна.
  

   (Кланяется.)

   Кочетов
  Чего еще! За наше умоленье,
  Послал Господь, живем изрядно. Дети
  Покорствуют, трудами нажитого
  Достаток есть, невпрожить нам. Ликует
  Душа моя, и веселится дух мой.
  Чего еще, ведь не рожна же!


   (Жене.)

  Плачешь?

   Анисья

   (махнув рукой)

  Заплакала, прости... Не утерпела...
  От радости...

   Татьяна

   (плача)

  Да как и не заплачешь
  На деток-то! Свои, а не чужие.

   Анисья
  Легко отцам...

   Татьяна
  А нам-то каково!

   Анисья
  Родили их...

   Татьяна
  Аль муки не видали?

   Анисья
  Растили их...

   Татьяна
  Как око соблюдали.

   Кочетов
  Да полно вам!

   Татьяна
  Пылинки обдували.

   Анисья
  Кормили их...

   Татьяна
  Куска недоедали.

   Анисья
  И выросли...

   Татьяна
  Как яблочки наливны.

   Кочетов

   (топнув ногой)

  Да полно вам!

   Анисья
  Не каменны сердца.

   Кочетов
  Так что ж бы вам, без дальней волокиты,
  Чем плакать-то на них да убиваться
  Неведомо о чем, за ум приняться!
  Женили б их, покуда сами живы!
  Не знатные бояре, с нас не взыщут,
  Что наскоро, без сватов и без сборов...

   Татьяна
  Ах, батюшки!

   Кочетов
  Чего ты испугалась?
  О рядной речь сперва, да по рукам
  Ударимся; а после, для порядка,
  Пошлем к тебе и свата.

   Татьяна
  То-то разве...
  А то уж я... Да не люди мы, что ли?
  Нельзя же так... дворяне... не сиротку,
  Безродную, отецкое дитя
  Хотите взять. Не знатные мы люди,
  А все-таки хоть дрянь, да из дворян,
  Не нищие. Меня бояре знают,
  Царицына до нас доходит ласка,
  Не крайность мне какая.

   Кочетов
  Не неволим.
  Насильно мил не будешь. Это дело
  Любовное: и приказать вольна,
  И отказать вольна. За словом стало,
  Да рядную покончить.

   Татьяна
  Я не прочь,
  Отказу нет. Хоть дело не корыстно,
  Да я-то не завистна.

   Кочетов
  Вот и ладно,
  О рядной бы... да и покончить разом.

   Татьяна
  Хмельненька я, пожалуй, прошибешься,
  Сулить добро под силу надо.

   Анисья
  Ну, уж
  Не скоро ты расступишься.

   Татьяна
  Не знаю.
  Для дочери жалеть не стану; разве
  Заломите, чего невмочь.

   Кочетов
  Не грабить
  Пришли к тебе.

   Татьяна

   (Якову и Наталье)

  Как словно вы чужие,
  Глядите врозь да жметесь по углам,
  Сойтись рядком боитесь.

   Наталья
  Как прикажешь?
  На все твоя родительская воля.


   (Подходит с поклоном к Якову.)


   Татьяна
  Хоть пряничком его попотчуй, что ли!

   Наталья

   (берет со стола пряник и подает Якову в руках на ширинке)

  Пожалуй-ка, отведай, не побрезгай!

   Яков
  Благодарю на угощенье сладком.

   Наталья
  Да сладко, что ль?

   Яков
  Нешто себе.

   Наталья
  Не надо
  Подслащивать? Тебе и пряник сладок?
  И слаще ты не знаешь ничего.

   Ломают пряник пополам и едят.

   Анисья
  Вперед всего о Божьем милосердье.

   Татьяна
  Отцовское у ней благословенье,
  Исконное в ее роду.

   Кочетов
  Добро!
  Покончена статья, теперь другая.

   Татьяна
  А кузнь ее ларешную ты знаешь.

   Анисья
  Из кузни-то не грех тебе прибавить.
  Особенно низанья маловато.

   Татьяна

   (достав из сундука ларчик)

  Ссыпного есть в ларце. Глядите сами —
  Окатистый и чистый.

   Кочетов
  Покажи-ка!

   Рассматривают жемчуг в ларчике.

   Наталья

   (Якову)

  Торгуются, как лошадь продают.

   Яков
  Аль не любо?

   Наталья
  Теперь какие спросы!
  Возьмешь меня, не все ль тебе равно,
  Охотой шла иль силой?

   Яков
  Ой, заспорят,
  Поссорятся, боюсь.

   Наталья
  Не обойдется
  Без брани-то. На Кисловке недавно,
  Из рядной-то, дралися смертным боем,
  На улицу из дома выбивались;
  Сошлись опять. Нельзя не спорить, дело
  Торговое. Твои охочи взять,
  А матушка не вдруг отдаст, копейка
  Гвоздем у ней прибита.

   Кочетов

   (отдавая ларец)

  Что смотреть-то!
  Чего тут взять на поднизь!

   Татьяна
  Наберете.
  Прибавите из своего.

   Анисья
  Куда же
  Беречь тебе? Дивлюсь. Одна всего-то,
  А ты для ней жалеешь. Хоть бы серьги;
  Полны ларцы, а ведь сама не носишь,
  Давно уж ты с ушами повязалась.

   Татьяна
  Мои они, и воля в них моя:
  Хочу — отдам, а то и подождете,
  Никто меня заставить не волен!

   Анисья
  Отдай теперь!

   Татьяна
  Не дам.

   Кочетов
  Упряма больно.

   Татьяна
  Какая есть; на старости меняться
  Не стать для вас. Наталья! отойди
  От Якова!

   Наталья отходит к стороне.

   Анисья

   (Татьяне)

  Да что ты, полно! Детки,
  Не слушайте, уйдите в уголок!

   Наталья подходит к Якову.

   Татьяна
  Не все ль равно: не чье, ее же будет,
  Как мать умрет.

   Анисья
  Теперь-то и рядиться.
  Во младости милей наряды нам;
  Пройдет пора, на что они!

   Татьяна
  Недолго
  Прождет она.

   Анисья
  И в животе, и в смерти
  Господь волен. Господь прибавит веку,
  Переживешь и дочь свою.

   Кочетов
  Другая
  Обдержится старуха, веку нет,
  Как дереву скрипучему.

   Татьяна
  Да что ты!
  Никак, с ума сошел!

   Кочетов
  Годов полсотни
  За срок живет, весь род перехоронит,
  Детей, внучат, себе-то надоест.
  И взмолится ко Господу старуха,
  Что позабыл ее.

   Татьяна
  Беда родниться
  С такой семьей завистливой! Охота ль
  Себе назло молельщиков нажить!


   (Наталье.)

  Бесстыдница! Совсем прильнула к парню!
  Не муж еще! По их речам безумным,
  И не бывать, как вижу. Отойди!

   Наталья отходит.

   Анисья
  Не трогай их! Пущай ведут беседу.
  Не их вина.

   Делает рукой знак Якову; он подходит к Наталье.

   Кочетов
  Меня ругать-то надо;
  А то прости, пожалуй! Ненароком
  Сказалося; на хмельном не взыщи!

   Татьяна
  Ну, Бог с тобой.

   Кочетов
  Некстати молвишь слово,
  Спохватишься, а воротить нельзя.

   Анисья
  Вот грех какой ведется в человецех,
  Что доброе и праведное дело
  Не сладится, чтоб враг не помешал;
  Мутит народ крещеный. Тьфу! Чтоб сгинуть
  Проклятому.

   Кочетов
  А мы не поддадимся.

   Анисья
  Ну, кузнь твою оставим. Ты б казала
  Коробьи нам.

   Татьяна
  Не здесь они, в избе.
  Идите ин, смотрите. Недостачи
  Ни в чем у нас не будет, все с залишком.

   Уходят Кочетов, Анисья, Татьяна.
  ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

   Яков и Наталья.

   Яков
  Попался я, влетел в беду.

   Наталья
  В какую?

   Яков
  Робею так, что не найду и слов,
  Лишь вздумаю, душа уходит в пятки.

   Наталья
  Рассказывай, полегчает авось.

   Яков
  Такая страсть, такая страсть!

   Наталья
  Да молви
  Хоть что-нибудь!

   Яков
  Язык-то прилипает.
  Как кол во рту. Куда деваться?

   Наталья
  Яков!
  Не мучь меня, скажи!

   Яков
  Тебе известно
  Житье мое проклятое: из дома
  Ни в праздник мне, ни в будни ходу нет;
  Украдкой я, как пес из подворотни,
  На вольный свет гляжу. В приказе разве
  Обмолвишься веселым словом; дома
  Не смею рта разинуть; с постной рожей
  Молчальником брожу, повеся нос.
  Уж если я веселого лица
  Показывать родителю не смею,
  Боясь побой и ругани безмерной,
  Чего мне ждать, когда узнает он...

   Наталья
  О чем?

   Яков
  Крестись, Наташа! В скоморохи
  Поставили меня. Ломают, учат
  Скакать, плясать, вертеться, беса тешить.

   Наталья
  Убьет тебя отец.

   Яков
  Убьет — не страшно;
  Проклятия боюсь.

   Наталья
  Куда ж деваться
  Головушке твоей?

   Яков
  Хочу отбегать,
  Спиной отбыть от службы. Оттерплюся,
  И кончено. Отдуют батогами,
  Все ж легче мне отцовского проклятья,
  Душа-то мне нужнее, чем...

   Наталья
  Вестимо,
  А в службу взят неволей или волей?

   Яков
  Спросили нас, подьячих молодых,
  Не хочет ли который обучаться
  В аптекарской палате у Грегори
  Какому-то неслыханному действу;
  Охотники нашлись, и я за ними,
  Да сдуру-то и продал душу черту.

   Наталья
  Куда ж бежать тебе?

   Яков
  Куда придется;
  Куда глаза глядят; хоть в омут с камнем.

   Наталья
  Господь с тобой. Скрывайся здесь пока,
  Ходи тишком. В моей девичьей спальне
  Кому вдомек искать тебя.

   Яков
  А ну-ка
  Увидит мать?

   Наталья
  Увидит, только ахнет
  И замолчит: находка не корыстна,
  Похвастаться нельзя. А мне, хошь срам,
  Да так и быть, парнишка молодого
  Жалеючи, стыда не побоюсь,
  А матушки родимой и подавно.

   Яков
  Дознаются, не быть тебе за мной.

   Наталья
  Возьмусь за ум, так буду, не печалься.
  У нас вверху, у мастериц золотных,
  Обучишься уму — такая служба,
  В котле кипим. Одна другой хитрее,
  И все-то мы такие проидохи,
  Что ты в Москве со свечкой не найдешь.

   Яков
  Никак, идут.

   Наталья
  Ну, врозь да по углам.

   Расходятся.

   Яков
  Ты где?

   Наталья
  В углу. А ты?

   Яков
  В другом.

   Наталья

   (прислушивается )

  Не чуть ли?

   Яков
  Почудилось, аминь-аминь, рассыпься!

   Сходятся.

   Наталья
  В чем служба-то твоя и как зовется,
  Скажи ты мне на милость!

   Яков
  Как зовется,
  Не знаю сам покуда. Действом либо
  Игрой какой — мудреное прозванье.

   Наталья
  А весело?

   Яков
  Да так-то хорошо,
  Что, кажется, кабы не грех великий,
  Не страх отца... Вот так тебя и тянет,
  Мерещится и ночью.

   Наталья

   (с участием)

  Без крестов
  Играете игру-то? Перед действом
  Снимаете кресты-то?

   Яков
  Не снимаем.

   Наталья
  Греха-то что!

   Яков
  Греха не оберешься.

   Наталья
  Теперь идут уж вправду. Разойдемся.

   Входят Кочетов, Анисья, Татьяна.

  ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

   Кочетов, Анисья, Татьяна, Яков и Наталья.

   Татьяна
  Довольны вы?

   Анисья
  Уж так-то мы довольны,
  Сказать нельзя, по горло.

   Татьяна
  Слава Богу.

   Кочетов
  Запас велик, добра преизобильно.

   Анисья

   (Якову и Наталье)

  А вы опять по сторонам. Сойдитесь,
  Беседуйте! Произволеньем Божьим
  У нас на лад идет.

   Татьяна
  Так по рукам?

   Кочетов
  Ударимся, благословясь. А надо б
  С тебя еще черевью шапку взять.

   Анисья
  На что она, черевья шапка?

   Кочетов
  Так уж
  Задумал я.

   Татьяна
  Завистные глаза!
  Наталья! прочь от Якова.

   Наталья отходит.


   Анисья
  Постойте!
  Уладимся. Детей-то пожалейте!
  Не ссориться ж из шапки. Стойте рядом.

   Яков подходит к Наталье.
  Греха-то вы, как вижу, не боитесь,
  Из пустяков да ссора.

   Кочетов
  Я от шапки
  Не отступлюсь.

   Татьяна
  А я не уступлю.

   Кочетов
  А я упрям.

   Татьяна
  А я тебя упрямей.

   Кочетов
  А мы и прочь.

   Татьяна
  А я и очень рада.

   Кочетов
  Даешь иль нет?

   Татьяна
  И думать позабудь.
  Наталья, вон! Из спаленки ни шагу
  Шагнуть не смей. Иль запереть тебя?

   Анисья
  Да полно вам! Поговорите толком,
  Безумные! Ей-богу, ну!

   Кочетов
  Не хочет,
  И кончено. Какие разговоры!
  Чего еще! Пойдем, жена, пойдем!
  Простите нас!

   Входит Юрий Михайлов. Яков заглядывает за перегородку и разговаривает с Натальей.
  ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

   Кочетов, Анисья, Татьяна, Яков и Юрий Михайлов.

   Юрий
  Челом тебе, Татьяна
  Макарьевна. Не обессудь, без зову,
  За делом я к тебе. Кирилл Панкратьич,
  Здоров ли ты? Анисья Патрикевна!
  Не с вами ль сын? Не здесь ли Яков?

   Кочетов

   (показывая)
  Здесь.

   Юрий
  Так вот где ты! Где мед, и мухи там,
  Заметим мы для переду! Отец,
  Пугни его, гуляет от ученья,
  Задуровал, от рук отбился.

   Кочетов
  Яков,
  Кто бегает, того сажают на цепь
  И больно бьют, — приказных батогов
  Не миновать тому, а ты в придачу
  Попробуешь родительских, домашних.

   Яков
  Родитель мой, уж лучше я...

   Юрий
  Не слушай!
  Иди, иди, не очень прохлаждайся!
  Возись с тобой, а делу остановка.


   (Уходит, уводя с собой Якова.)
  

   Татьяна
  Хорош жених Натальин! На веревке
  В приказ тащат.

   Анисья
  Робячье дело.

   Татьяна
  Видно,
  Соскучился боярин о сынке.

   Кочетов
  Пойдем, жена!

   Анисья
  Простите, Бога ради!

   Уходят.
  ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

   Татьяна и Наталья.

   Наталья

   (выходя из спальни)

  Ушли они?

   Татьяна


   (смеется)

  Ушли, спесивы больно.
  Ну, вот у нас и радость. Побранимся
  Еще разок, другой и сладим дело.
  Не шапка мне черевья дорога,
  А уступать нельзя, не мой обычай.
  Сначала их повадь, они запросят
  Невесть чего. А вот теперь сойдемся
  На малости; за малую прибавку
  Ухватятся обеими руками.
  Подай убрус и опашень, Наталья.

   Наталья
  Куда же ты сбираешься?

   Татьяна
  К Абраму
  Никитичу.

   Наталья
  А по што?

   Татьяна
  Объявить
  Про сватанье. Царица обещала
  К приданому прибавку, коль найдется
  Жених тебе хороший. Нам чего же
  Искать еще! Велика милость Божья!
  За старого не хочется отдать;
  А Яков наш из молодых, да ранний,
  Матвееву пришел по нраву. Ну, уж
  Прибавлено, что взял в сынки, а значит,
  Хоть сын — не сын, а все же на знати!
  А по мужу жене почет.

   Наталья

   (у окна)

  Гляди-ка,
  Счастлива я: один жених с двора,
  Другой на двор.

   Татьяна
  А кто?

   Наталья
  Василий Клушин.

   Татьяна
  Запри скорей!

   Наталья
  Да он в сенях и пьяный.

   Татьяна
  Скажи, что мать ушла; а то пристанет,
  Рассядется, и кланяйся, и потчуй
  Несытую утробу! Наказанье!


   (Уходит за перегородку.)

   Входит Клушин.
  ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

   Наталья и Клушин (в сенях).

   Наталья
  Без матери пустить тебя не смею.

   Клушин
  А где ж она?

   Наталья
  В гостях, сегодня праздник.
  Куда идешь! сказала, не пущу.

   Клушин
  А ты меня попотчуй!

   Наталья
  Чем прикажешь?
  Березовым поленом?

   Клушин
  Эка девка
  Бедовая!

   Наталья
  Уйди! Девичье дело,
  Стыднехонько соседей.

   Клушин
  Ничего.
  Послушай ты...

   Наталья
  Мое девичье дело...
  Уйди путем.

   Клушин
  Эх, молодость прошла.
  Не выгнала б.

   Наталья
  Мое девичье дело.
  Возьму ухват...

   Клушин
  Ну, Бог с тобой! Прощай!
  А матери скажи, чтоб ожидала,
  Что свата я хорошего найду,
  Лопухина, боярина.

   Наталья

   (смеясь)
  Неужто?

   Клушин
  Ну, вот и все. Прощай покуда!

   Наталья
  С Богом.

   Клушин уходит. Входит Татьяна.
  ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ

   Татьяна и Наталья.

   Татьяна
  Натальюшка! Беда! Бежать скорее,
  С добра ума к боярину с поклоном!
  Не опоздать бы; забежит вперед
  Подьячишка, наделает хлопот.


   (Уходит.)

  ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
  
  ЛИЦА:
  
  Артемон Сергеевич Матвеев, окольничий.
  Абрам Никитич Лопухин, царицын дворецкий.
  Иоган Готфрид Грегори, аптекарь.
  Юрий Михайлов.
  Яков Кочетов.
  Клушин.
  1-й, 2-й и 3-й ученики Грегори, комедианты.
  Несколько комедиантов, два сторожа — без речей.
  
  Лица в интермедии:
  Цыган, Кочетов.
  Лекарь.
  Слуга его.
  

   Палата в государевом дворце, над аптекой. В ней три двери: с правой стороны, в заднем углу, входная; с левой, тоже в заднем углу, в другую палату; в глубине — в комнату, назначенную для комедиантов. Посреди палаты невысокие подмостки, в виде четырехугольной площадки; сход с подмостков сзади к средней двери. Близ боковых стен скамьи. К задней стене, по обеим сторонам двери, приставлено несколько небольших рам перспективного письма, то есть декораций.
  ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

   Несколько учеников-комедиантов: одни стоят кучками, другие ходят с тетрадями в руках и читают про себя. У входной двери два сторожа. Входят Юрий Михайлов и Яков Кочетов.
  

   Юрий

   (сторожам)
  
  Смотреть за ним! Блюдите хорошенько!


   (Якову, который садится на скамью и опускает голову на руку.)

  А если ты вдругорядь имешь бегать
  И своего безделья не отстанешь,
  Сидеть тебе в палате на цепи.

   1-й комедиант
  Проведает боярин, на орехи
  Достанется.

   2-й комедиант
  За первую провинность
  Нигде не бьют.

   3-й комедиант
  Помилуют небось!

   Юрий
  Не шутки ведь! По царскому указу
  Комедию Есфирь готовим наспех,
  Стараемся, из кожи лезем вон,
  Чтоб угодить царю, лишь ты, паршивик,
  Мешаешь всем.

   Яков
  И убегу опять.

   Юрий
  Чего и ждать от дурака! Поучат,
  Разок-другой отдуют батожьем,
  Прибавится ума в тебе.

   Яков

   (сердито)

  Не знаю,
  Не пробовал.

   Юрий
  Отведаешь, узнаешь.

   1-й комедиант
  И что тебе неймется! Наша служба
  Веселая, работы нет большой.

   Яков
  Отца боюсь.

   Юрий
  Ну, вот велика птица!
  Проведает боярин Артемон
  Сергеевич, что из его приказа
  Подьячишка, в поруху воли царской,
  От дела прочь сынишка отбивает,
  Задаст ему.


   (Уходит в другую комнату.)


   Яков
  Когда еще задаст,
  А я за все про все, и здесь, и дома,
  Побоев жди! Хоть в петлю полезай!

   2-й комедиант
  Житье твое нельзя хвалить.

   Яков
  Мое-то?
  Мое житье, что встал, то за вытье.
  Протер глаза, взглянул на солнце красно
  И взвыл, как волк на месяц.


   (Плачет.)


   2-й комедиант
  Полно плакать!

   Несколько комедиантов
  Не стыдно ль? У!!

   Яков
  Толкуйте! Вам живется
  Сполагоря, и отдых есть, и радость
  На праздничных гулянках, в песне звонкой,
  В ребяческих забавах и во всем,
  Чем жизнь робят красна; а мне веселье
  Заказано.

   2-й комедиант
  Слезами не поможешь;
  Что плачь, что нет — все то же будет! Лучше
  Махни рукой, да покажи нам в лицах
  Бытье-житье домашнее!

   Яков

   (сердито отталкивая его)

  Отдайся!

   1-й комедиант
  Оставь его! Зачем мешаешь парню?
  Ты видишь, он за дело принялся;
  Пущай сидит да воет на досуге.

   3-й комедиант
  Потешь-ка, брат, приятелей!

   Яков
  Отстаньте!

   1-й комедиант
  Да ну его! Не хочет — и не надо.

   3-й комедиант
  А знатно ты рассказывал, бывало,
  Животики со смеху надорвешь.
  "Сидит отец, а ты стоишь".

   Яков
  Пристали,
  Как банный лист, от вас не отвязаться.
  Ну. вот: сидит отец в очках, читает,
  А я стою поодаль, и, на грех,
  Смутил меня лукавый, рассмеялся.
  Отец очки снимает полегоньку.
  "Чему ты рад, дурак? Аль что украл?
  Не знаешь ты, что мы в грехах родились
  И казниться должны, а не смеяться?
  Не знаешь ты, так я тебе внушу.
  Достань-ка там на гвоздике двухвостку!
  Уныние пристойно отрочати,
  Уныние, а не дурацкий смех,
  Уныние, уныние..." И лупит
  От плеч до пят, как Сидорову козу,
  Без устали, пока не надоест.
  И взмолишься, причитыванья вспомнишь,
  И чешешься потом да унываешь,
  Неведомо чему.

   1-й комедиант
  Яган Готфридыч.

   Входят Грегори и Юрий Михайлов.
  ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

   Грегори, Юрий, Яков и ученики.

   Грегори


   (Якову)

  Ты для чего убЕгал, Якоб Кочет?
  Нехорошо. Ты думал, dummer Junge 1,
  Что грех тут есть? Не думай так! Не надо.
  У нас и Бог один, и грех один.
  Я пастор сам, такой, как поп у русских;
  Что я греху учу, сказать лишь может
  Кто не учен, совсем не штудирОван.
  И глупость есть невинные забавы
  Грехом считать. Теперь тебя прощаю;
  А будешь, мой голубчик, уходить,
  Тогда себе достанешь... Что достанешь —
  Узнаешь сам. Не будет хорошо.


   (Отходит.)


   Яков

   (про себя)

  Толкуй себе: не грех. Тебе уж кстати
  В аду кипеть, а мне так нет охоты.

   Комедианты смеются.

   Грегори
  Ну, вы! Пошел, готовься начинать.

   Комедианты уходят. Входят Матвеев и Лопухин.
  
  ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

   Матвеев, Лопухин, Грегори и Юрий Михайлов.

   Грегори

   (с низкими поклонами)

  Das ist sehr schoen, dass Sie gekommen sind 2.

   Матвеев
  Здоров ли ты, Яган Готфридыч?

   Грегори
  Очень
  Благодарю за милость, понемножку,
  И так, и сяк, Herr Лопухин!


   (Кланяется Лопухину.)


   Лопухин
  Здорово!
  Ну, что твои робята?

   Грегори
  Потихоньку,
  Не торопясь, идем подальше.

   Матвеев
  Дело!
  А много ль их?

   Грегори
  Тридесять человек.

   Матвеев
  И дельные робята есть?

   Грегори
  Немножко.

   Матвеев
  А Кочетов? Мне Юрий говорил,
  Что больно он к немецкому языку
  Старателен и шел к тебе в науку
  Охотой сам. Да годен ли парнишка
  На что-нибудь?

   Грегори
  Талант большой имеет.

   Матвеев
  Чему горазд?

   Грегори
  Такой смешной.

   Матвеев
  Покажешь
  Сегодня нам?

   Грегори
  О да! Сегодня будем
  Показывать смешную штуку. Начал
  Готовить их для interludium 3.
  Что делать, Негг окольничий, покуда
  Своих смешных мы не имеем штук,
  Из Киева достали. Без смешного
  Никак нельзя, мой господин; наскучит
  Материя одна без перемены.
  Да только жаль, что нет свое; а надо
  Свое писать смешное.

   Лопухин
  Нам смешного
  Не занимать; и своего напишем,
  Лишь волю дай. Гляди да слушай только,
  С три короба насыплешь. Что другое,
  Уж не взыщи, не вдруг у нас найдется,
  А за смешным недалеко ходить.
  Идя сюда, подьячего я встретил,
  Как водится, для радости царевой,
  Изрядно пьян. С великим челобитьем,
  Как сноп, упал; да, прах его возьми,
  Перепугал. Как что его скосило
  У самых ног моих. Как боров пегий,
  Валяется, являет о бесчестье.
  Послушал бы, о чем он просит.

   Матвеев
  Что же,
  Послушаем, вели позвать.

   Лопухин

   (сторожу)

  Эй, малый!
  Шатается тут некакий подьячий
  Из мастерской царицыной палаты,
  Так приведи сюда!

   Сторож уходит.

   Матвеев

   (Грегори)

  А скоро ль будет
  Комидия "Есфирь" готова?

   Грегори
  Скоро,
  Мой господин.

   Матвеев
  Для матушки царицы
  Библейская Есфирь по сердцу будет.

   Грегори
  О да, mein Herr, я понимаю. Можно
  Показывать сегодня вам немного
  Комидию "Есфирь", а только прежде
  Proludium 4 покажем небольшое.

   Матвеев
  Какое же?

   Юрий

   (с низким поклоном)

  Цыган и лекарь.

   Матвеев
  Ладно.


   (Отводит Лопухина в сторону.)

  Комидию для чести государской
  Иметь давно пора, и речи нет.
  Недаром же у прочих государей
  При всех дворах она заведена.
  Что можно взять, возьмем у иноземцев.
  Чего нельзя — покуда подождем.
  Абрам Никитич! Как ты полагаешь,
  Для царской ли забавы лишь годна
  Комидия? Для русского народа,
  Для всех чинов и званий — от посадских
  До нас, бояр, — немало пользы в ней.
  Не стыд ли нам, не грех ли потешаться
  Калечеством, убожеством людским!
  На дураков смеемся; эко диво,
  Что глуп дурак! А разве то умнее:
  Сберем шутов, сведем их в кучу, дразним,
  Как диких псов, пока не раздерутся,
  И тешимся руганьем срамословным
  И дракою кровавой. То ль забавы
  Бояр, думцов, правителей земли?
  А наших жен, боярынь, пированья?
  Глядеть-то срам! От сытного обеда,
  От полных чар медов стоялых встанут
  Алёхоньки, как маковы цветочки,
  По лавочкам усядутся рядком,
  Велят впустить шутих, бабенок скверных,
  И тешатся бесстыжим их плясаньем,
  С вихляньем спин и песнями срамными.
  И чем срамней, тем лучше, тем угодней
  Боярыням. И сами бы пошли,
  Да совестно, а плечи так и ходят,
  И каблуки стучат, и громкий хохот
  Дебелые колышет телеса.
  А дочери, на те потехи глядя,
  С младенчества девичий стыд теряют,
  И с бабами и девками сенными
  Без матери изрядно стерю пляшут.
  Пора сменить шутов, шутих и дур,
  Неистовства на действа комидийны.
  Подьячего винят за пьянство; разве
  Без чарки он, без хмельного питья
  Найдет себе веселье? Вековечным
  Обычаем указаны ему:
  По праздникам попойки круговые
  С задорными речами, с бранью, с боем
  И на три дня тяжелое похмелье.
  За что ж винить его! Иных приятств,
  Иных бесед, речей и обиходов
  Не знает он. А покажи ему
  Комидию, где хитрым измышленьем
  И мудростью представлены, как въявь,
  Царей, вельмож, великих полководцев,
  Философов дела и обхожденья;
  И дум, и чувств изведав благородство,
  Весельем он бесчинства не почтет.
  Простой народ, коль верить иноземцам,
Читать произведение •Комик семнадцатого столетия• от Островский А.Н., в оригинальном формате и полном объеме. Если вы оценили творчество Островский А.Н. - оставьте свою рецензию для посетителей Brusl.ru, обратная связь на mnenie@brusl.ru

Страниц: Страница 1 из 3 1 2 3 > >>
Просмотров: 1387 | Печать