Дуров С.Ф. - Минотавр



                        В путь, дети, в путь!.. Идемте!.. Днем, как ночью,
                        Во всякий час, за всякую подачку
                        Нам надобно любовью промышлять;
                        Нам надобно будить в прохожих похоть,
                        Чтоб им за грош сбывать уста и душу...
     
                        Молва идет, что некогда в стране
                        Прекрасной зверь чудовищный явился,
                        Рыкающий, как бык, железной грудью;
                        Он каждый год для ласк своих кровавых
                        Брал пятьдесят созданий - самых чистых
                        Девиц... Увы, число огромно, боже!
                        Но зверь другой, покрытый рыжей шерстью,
                        Наш Минотавр, наш бык туземный - Лондон,
                        В своей алчбе тлетворного разврата
                        И день и ночь по тротуарам рыщет;
                        Его любви позорной каждогодно
                        Не пятьдесят бывает надо жертв, -
                        Он тысячи, обжора, заедает
                        И лучших тел и лучших душ на свете...
                        "Увы, одни растут в пуху и щелке,
                        Их радостей источник - добродетель.
                        А я, на свет исторгнувшись из чрева
                        Плодливой матери, попала в руки
                        К оборванной и грязной нищете...
                        О, нищета - советчица дурная,
                        Безжалостная!.. сколько ты
                        Под кровлею убогого жилища
                        Обираешь жертв пороку!.. На меня
                        Ты кинулась не вдруг, а дождалась
                        Моей весны... Когда ж румянец свежий
                        Зардел в щеках и кудри золотые
                        Рассыпались по девственным плечам,
                        Ты тотчас же мой угол указала
                        Тому, чей глаз, косой и кровожадный,
                        Искал себе добычи сладострастья..."
                        "А я была богата... У богатых
                        Есть также бог, который беспощадно
                        Своей ногой серебряной их давит:
                        Приличие - оно холодным глазом
                        Нашло меня своей достойной жертвой
                        И кинуло в объятья человека
                        Бездушного. А я уже любила...
                        О той любви узнали, только поздно...
                        От этого я пала глубоко,
                        Безвыходно. Нет слез таких, нет силы,
                        Которая б извлечь меня могла
                        Из пропасти". Ступивши в грязь порока,
                        Нога скользит и выбиться не может.
                        Да, горе нам, несчастным магдалинам!
                        Но городам, от века христианским,
                        Не много есть таких людей отважных,
                        Которые бы нам не побоялись
                        Подать руки, чтоб слезы с глаз стереть..." -
                        "Я, сестры, я не грязным сластолюбьем
                        Доведена до участи моей.
                        Иное зло, с лицом бесстыдным самки,
                        Исчадие гордыни и тщеславья,
                        Чудовище, которое у нас,
                        Различные личины принимая,
                        Влечет, что день, семейство за семейством
                        От родины, бог весть в какие страны,
                        Суля им блеск, взамен того, что есть,
                        А иногда взамен и самой чести.
                        Отец мой пал, погнавшись за корыстью;
                        Он увидал в один прекрасный день,
                        Как всё его богатство, словно пена,
                        Морской волной разметано. С нуждой
                        Я не была знакома. Труд тяжелый,
                        Дающий хлеб, облитый нашим потом,
                        Казался мне невыносимо-страшен...
                        И я, сходя с ступени на ступень,
                        Изнеженная жертва! - пала в пропасть
                        Бездонную... Стенайте, плачьте, сестры!
                        Но как бы стон и плач ваш ни был горек.
                        Как ни была б печаль едка, - увы! -
                        Моя печаль, мой плач живее ваших
                        У вас они текут не из святого
                        Источника любви, как у меня.
                        О, для чего любовь я испытала?
                        Зачем злодей, которому всецело
                        Я отдала неопытное сердце,
                        Увлек меня из-под отцовской кровли
                        И, не сдержав обещанного слова,
                        Пустил меня по свету мыкать горе?
                        Агари был в пустыню послан ангел
                        Спасти ее ребенка. Я ж одна
                        Без ангела-хранителя невольно,
                        Закрыв глаза, пошла на преступленье,
                        Чтоб как-нибудь спасти свое дитя..."
     
                        А между тем нам говорят: "Ступайте,
                        Распутницы!.." И жены, наши сестры,
                        На улице встречаясь с нами, с криком
                        Бегут от нас. Мы им тревожим мысли,
                        Внушаем страх! Но, в свой черед, и мы
                        Всей силою души их ненавидим.
                        Ах! нам порой так горько, что при всех
                        Хотелось бы вцепиться им в лицо
                        И разорвать в клочки на лицах кожу...
                        Ведь знаем мы, что их священный ужас -
                        Ничто, как страх - упасть во мненьи света
                        И потерять в нем прежнее значенье;
                        Страх этот мать семейства дочерям
                        Передает едва ль не с первой юбкой.
     
                        Но для чего в проклятиях и стонах
                        Искать себе отмщенья? Эти камни
                        Посыпятся на нас же. У мужчин
                        На привязи, в презрении у женщин,
                        Что ни скажи - мы будем всё неправы
                        И участи своей не переменим.
                        Нет, лучше нам безропотно на свете
                        Роль тяжкую исчерпать до конца;
                        По вечерам, в блистающих театрах,
                        Сгонять тоску с усталого лица;
                        Пить джин, вино, чтоб их хмельною влагой
                        Жизнь возбуждать в своем измятом теле
                        И забывать о страшном ремесле,
                        Которое страшнее мук кромешных...
                        Но если жизнь для нас, несчастных, - тень,
                        Земля - тюрьма; так смерть зато нам легче:
                        В трущобах нас она не мучит долго,
                        А захватив рукой кой-как, без шума,
                        Бросает всех в одну и ту же яму.
                        О смерть! твой вид и впалые глаза,
                        Как ни были б ужасны людям, мы
                        Твоей руки костлявой не боимся:
                        Объятия твои нам будут сладки,
                        Затем, что в миг, когда в нас жизнь потухнет,
                        Как коршуны, далеко разлетятся
                        Все горести, точившие нам сердце,
                        И тысячи других бичей, чьи когти
                        В клочки гнилья с нас обрывали тело.
                        В путь, сестры, в путь! Идемте... днем, как ночью|
                        За медный грош любовью промышлять...
                        Таков наш долг: мы призваны судьбою
                        Оградой быть семейств и честных женщин!..




Скачать Дуров С.Ф. - Минотавр (.doc)


Просмотров: 915 | Печать
Самое популярное

  • Рейтинг@Mail.ru